Учёная‑орнитолог Софья Розенфельд осуждена к трём с половиной годам колонии за финансирование ФБК

Московский суд вынес обвинительный приговор известной орнитологине по делу о донатах ФБК; коллеги подчёркивают её вклад в защиту арктических птиц.

Учёная‑орнитолог Софья Розенфельд посвятила жизнь изучению арктических птиц. Во время экспедиции ей пришлось отказаться от отмены пожертвований ФБК, после чего суд Москвы вынес ей обвинительный приговор на три с половиной года колонии за финансирование организации, признанной экстремистской.

Софья Розенфельд в экспедиции

Борис Розенфельд говорит, что дочь побывала за пределами России и позже оказалась в заключении. Он подчёркивает, что Соня не занималась политикой: переводы ФБК делались в рамках борьбы с коррупцией.

Борис живет в Израиле, а Софья — в России. Более месяца она содержится под стражей по обвинению в финансировании экстремистской организации; за два перевода ФБК на общую сумму 2000 рублей был вынесен приговор — три с половиной года колонии.

Биолог, посвятившая жизнь гусям

Софья Розенфельд — учёная, орнитолог, доктор биологических наук. Она посвятила жизнь изучению арктических птиц и их охране. Соня с детства была активной натуралисткой и любила птиц и животных.

В подростковом возрасте Софья переехала с семьей в Израиль, вернулась в Россию, училась в МГУ и построила научную карьеру. Её коллега Александра Панютина отмечала, что Софья с ранних лет занималась систематическим учётом мигрирующих птиц.

Софья Розенфельд во время экспедиции

Для наблюдения за птицами Софья изобрела гидросамолет, который позволял фиксировать их поведение с небольшого расстояния и скорости. Этот метод оказался эффективным и уникальным.

Защита птиц в России и за её пределами

Она не только изучала птиц, но и занималась охраной их популяций: в отдельных регионах ей удавалось убедить власти ограничить охоту на гусеобразных.

Её работа выходила за пределы России: коллеги описывали её как одного из ведущих специалистов по перелётным птицам, активно участвовавшего в международных проектах.

С её иностранным коллегой Хельмутом Крукенбергом она обсуждала охрану природы и арктических видов; его слова отражают высокий уровень её вклада.

Софья Розенфельд в экспедиции. Архив

Разговоры о птицах сопровождали её работу даже во время ожидания судебных заседаний: учёная продолжала вести исследования и обмениваться данными.

Разговоры о птицах в перерывах между судами в Москве

В 2025 году Софья защитила научную диссертацию, а вскоре после этого к ней пришли силовики с обысками. На подписке о невыезде она продолжала работать, а летнюю экспедицию на север пришлось отменить.

Её подруга Ольга рассказывает, как за три дня до приговора они гуляли вокруг пруда и обсуждали гнездящихся птиц — природы, к которой Софья имела доступ.

Даже в день оглашения приговора Софья общалась с коллегами, обсуждая планы на будущее и научные задачи, которые можно продолжать без неё.

Более 225 дел за донаты ФБК по всей России

Коллеги называли Софью человеком честности; пожертвования ФБК она рассматривала как путь борьбы с коррупцией, а не политическую активность.

Летом 2021 года, когда ФБК считалась экстремистской организацией, Софья находилась в экспедиции на Крайнем Севере и не могла отменить донаты; вернувшись она сделала переводы.

По данным правозащитников, по подобным делам в регионе судьи часто выносили штрафы; по всей стране зарегистрировано не менее 225 подобных дел.

Коллеги и друзья требуют пересмотра приговора; подписано обращение Президенту; Софья имеет гражданство Израиля, но консульство пока не имеет доступа к ней в следственном изоляторе.

Борис говорит, что продолжает переписку с дочерью и она старается адаптироваться к жизни в тюрьме, оставаясь сильной.

Коллеги уверены, что Соня не уедет из России: без гусей она не видит смысла жизни; она продолжит заниматься наукой и охраной птиц.

Близкие и соратники продолжают борьбу за пересмотр приговора; более тысячи человек подписали обращение Президенту; есть надежда на помощь Израиля, однако консул пока не допускает к Софье.

Борис добавляет, что Соня пишет, как она адаптируется к жизни в тюрьме и остаётся сильной.