ФСБ стала основным голосом в формировании направления государственной политики в отношении искусственного интеллекта, а власти опираются на оценки возможностей ИИ, подготовленные силовыми структурами. Сильный акцент делается на угрозах, шпионаже и усилении ограничений. В результате приоритеты смещаются в пользу национальной безопасности и суверенитета, а часть зарубежных инструментов и международных связей становится менее доступной.
В обсуждениях отмечается тихая борьба между силовыми ведомствами и технологическими экспертами за влияние на цифровую сферу. По словам чиновников, силовики, имея доступ к современным технологиям, предпочитают традиционные методы наблюдения и контроля, что может затруднять развитие IT инфраструктуры и усиливать регулятивную зависимость. Считается, что широкое применение ИИ может привести к сокращению разросшегося аппарата ведомств и ослабить их роль в управлении.
Путин призывает ускорить развитие ИИ и добиться технологического суверенитета страны. Он отмечал, что независимость и способность отвечать на глобальные изменения зависят от темпов внедрения ИИ и необходимости создания отечественных моделей с максимальным уровнем суверенности, оставаясь конкурентоспособными на мировом рынке. В действительности такие технологии активно применяются для слежки за населением, военных разработок и пропаганды.
По данным отраслевых источников, Второй службе ФСБ в определенный период переданы полномочия по управлению Рунетом; она добилась ограничений для зарубежных мессенджеров и VPN и принимала решения об отключении мобильного интернета под предлогом обеспечения безопасности. Руководитель службы заверил руководству привести интернет в порядок.
С 1 сентября вступил в силу первый закон об искусственном интеллекте, который разделяет модели на две категории: суверенная, контролируемая внутри РФ, и национальная, допускающая иностранные компоненты, но под российским контролем и работающая на отечественной инфраструктуре.
По оценке западного эксперта по России, Путину не нужна самая продвинутая модель ИИ, чтобы существенно усилить военные, разведывательные или пропагандистские возможности — уже доступны достаточно эффективные инструменты.
