Политолог Дмитрий Орешкин отмечает, что массированные удары по Москве и Подмосковью — не просто событие войны, а знак, способный изменить общественное восприятие конфликта. По его словам, это пробивает «тефлоновую броню» прежнего восприятия и переводит войну из разряда телевизионного зрелища в повседневную тему для разговоров.
Почему это важно
Для многих россиян война долгое время была чем‑то удалённым: «мы смотрим по телевизору», «мы в этом не участвуем». Высокие показатели поддержки власти и войны частично объяснялись именно такой отстранённостью. Удары по столице разрушают это ощущение безопасности.
Орешкин указывает на большую социальную неоднородность: среднемосковский мужчина имеет значительно меньший риск погибнуть на фронте, чем мужчина из некоторых регионов, откуда берут солдат. Это тоже подпитывало дистанцию между жизнью в столице и реальностью боевых действий.
Изменение характера войны
Война перестала быть только вопросом численности и грубой силы: важна технология. За четыре с лишним года преимущество по основным видам вооружений заметно сократилось; сейчас конфликт всё больше развивается по технологическому принципу, где решает качество, а не только количество.
Отсюда рушатся две идеологические опоры массового мышления: первая — миф о возможности «повторить», вторая — надежда на то, что «мы ещё не начинали». Реальность показывает, что прежние методы массовых штурмов и плотной артподготовки уже не работают в современной конфронтации.
Также рухнул образ «хитрого плана», который якобы гарантировал бы быструю победу. То, что происходило в последние годы, показывает: вместо хитрого плана оказался тупой расчёт, и это меняет восприятие у широкой публики.
Как это может повлиять на решения власти
Орешкин подчёркивает непредсказуемость: многое зависит от одного человека у власти и его восприятия ситуации. Одним из факторов, который может повлиять на решения, он называет внешние контакты руководства, в том числе переговоры с лидерами других стран.
В публичном дискурсе присутствует и элемент давления — разговоры о тактическом ядерном оружии, демонстрация возможностей — но до реального применения дело не дошло. Сам факт того, что удары доходят до территорий России, — новый уровень, и реакция на это пока не ясна.
Варианты развития событий
- Резкая эскалация и применение крайних мер, в том числе с широкими, разрушительными последствиями — сценарий, который может быть выгоден в политическом смысле, но катастрофичен по своим последствиям.
- Откат или попытка деэскалации — отказ от более опасных шагов, что для руководства стало бы серьёзным имиджевым поражением.
По мнению Орешкина, для общества начинается болезненное прозрение: придется признавать, что привычные объяснения и успехи больше не работают, и это приведёт к серьёзным последствиям для массового восприятия и политической повестки.
