Арсений Турбин — один из самых молодых в российской практике политически значимых осуждённых. В пятнадцать лет он получил пятилетний срок в воспитательной колонии по обвинению в участии в деятельности признанной властями организации; сам подросток вину не признаёт. В феврале 2026 года против него возбудили второе уголовное дело — по статье об участии в массовых беспорядках. Мать Арсения переехала в Пермь, чтобы быть рядом с сыном, и рассказывает о том, как складывается их жизнь и борьба за его права.
Увольнение и переезд
Ирина Турбина работала в бюджетном учреждении в Орловской области, занималась госзакупками. После возбуждения нового уголовного дела в отношении сына она уехала в Пермь и договорилась о дистанционной работе. В июне её попросили срочно вернуться и написать заявление об увольнении по собственному желанию. По её ощущениям, решение об увольнении могло быть принято «сверху» — в связи с уголовным преследованием сына.
Контакты с сыном и давление в учреждении
Ирина регулярно навещает сына и встречается с адвокатом лично: это упрощает юридическую работу и позволяет оперативно реагировать на нарушения. Она отмечает случаи ограничений связи, внезапных звонков под контролем администрации и другие сигналы давления. Однажды Арсению задерживали доступ к назначенному ему препарату от аллергии, а затем объяснили это решением «до осени» — при том, что весенняя аллергия для него особенно тяжелая.
По словам матери, в колонии к Арсению применялись провокации со стороны других воспитанников, иногда использовались записи и попытки вынудить признание вины. Учителя ставили ему низкие оценки во время длительных свиданий и встреч с адвокатом; такое поведение, по мнению матери, служило моральному давлению и создавало препятствия для дальнейшего образования, в том числе сдачи экзаменов.
Здоровье, побои и условия содержания
Арсений пережил сильное истощение: на момент вынесения приговора он значительно похудел. Мать рассказывает о случаях побоев в СИЗО: в одном из писем сын описал, что сокамерник неоднократно избивал его и угрожал. При переводе из учреждения в учреждение она обнаруживала у него синяки. Сейчас он содержится в одиночной камере, постепенно восстанавливает вес и читает книги из переданной библиотеки.
Мать передавала сыну учебники, художественную литературу и словари; добиваться передачи книг и подписки на печатные издания приходилось долго. Арсений интересуется историей и английским, писал олимпиады и получал высокие баллы, что, по мнению матери, подтверждает его учебные способности.
Новое уголовное дело и события в колонии
В январе в колонии произошёл бунт, после которого следователи возбудили новое дело в отношении Арсения — по части 2 статьи 212 УК РФ (участие в массовых беспорядках). Мать опасалась, что в условиях беспорядков сына могут обвинить дополнительно или использовать эту ситуацию против него; она обращалась к адвокатам и планирует ходатайствовать перед прокуратурой и правозащитными инстанциями.
Кроме того, при обысках у семьи изъяли компьютер, который затем по решению суда был передан в пользу государства: по версии следствия, в нём якобы хранились материалы, связанные с одиночными пикетами и распространением листовок.
Планы и состояние матери
Ирина остаётся в Перми, постоянно навещает сына, готовится к встречам с прокурором и омбудсменом по правам ребёнка по региону, продолжает сотрудничество с адвокатами. Она боится, что история с сыном повлияет на её возможность трудоустроиться по профессии, поэтому ищет варианты удалённой работы и силится сохранять здоровье и бодрость ради ребёнка.
«Я делаю всё, что могу, чтобы помочь сыну. Моё присутствие рядом с ним очень важно — и я буду продолжать добиваться, чтобы с ним обращались по‑человечески и чтобы его права были защищены.»
Мать отмечает, что физическая активность, прогулки и поддержка близких помогают ей не сломаться. Она просит только сил и надеется, что в будущем у сына будет возможность вернуться к учёбе и нормальной жизни.
